![](upl/news_image/orig/cg/b2/bw/s8/cgb2bws8vpmp.jpg)
Эта инициатива возникла не вчера и не год назад. Идея сотрудничества трех региональных игроков с тремя государствами Южного Кавказа в той или иной форме озвучивалась и вынашивалась давно. Как вспоминают местные аналитики, впервые она была озвучена Турцией еще 20 лет назад. А затем ее «оживил» президент Реджеп Тайип Эрдоган по следам последней карабахской войны и на фоне попыток ее окончательного урегулирования предложил так называемую «платформу шести», которую он и азербайджанский лидер торжественно представили на «Параде победы» в Баку 10 декабря прошлого года.
Платформа предусматривала поствоенное региональное сотрудничество Армении, Азербайджана и Грузии с тремя крупными и влиятельными соседями – Турцией, Россией и Ираном. Лидеры Азербайджана и Турции предлагали разблокировку всех путей сообщения и налаживание транзитных перевозок по территории Армении, которые были прекращены после начала карабахского конфликта. Еревану обещали экономическое процветание в результате снятия многолетней блокады и другие возможности, которые принесет ей участие в новой платформе. Позднее инициативу несколько переформатировала Россия и представила ее как формат «3+3», который фактически означает все то же сотрудничество трех закавказских республик с тремя региональными лидерами.
Азербайджан как стратегический партнер Турции в регионе не только поддержал «платформу шести», но и выступил в роли соавтора этой идеи. И сегодня официальный Баку активно продвигает этот формат сотрудничества, пытаясь склонить к участию в нем второго «стратегического партнера» – Грузию. С другой стороны, «обработкой» грузинских властей на предмет присоединения к «платформе шести» откровенно занимаются в Турции. Одновременно в России ведут работу с Ереваном, чтобы убедить его в необходимости подключения к формату «3+3».
Грузия относится к идеологической обработке со стороны партнеров сдержанно и настороженно. Будучи оплотом и опорой Запада в регионе, она не спешит вступать в какие-либо сообщества с главным объектом борьбы США и ЕС – Россией. И поясняет, что для нее форматы, в которых не присутствует Запад, неприемлемы.
Власти Армении, которые после проигранной карабахской войны оказались под огнем жесткой критики со стороны оппонентов, также делают лишь общие невнятные заявления и воздерживаются от высказывания четкой позиции относительно возможности участия в новом формате.
Ответы на вопрос, насколько перспективна и осуществима озвученная Эрдоганом и поддержанная Россией идея, мы попытались найти вместе с аналитиками из Грузии, Армении и Азербайджана.
В Тбилиси с заявлениями вокруг формата «3+3» без скандала не обошлось. Его причиной стало не совсем «осторожное» и не совсем «отрицательное» по сути предположение министра иностранных дел Давида Залкалиани, который в беседе с журналистами «случайно допустил» возможность рассмотрения предложения о формате. На слова главы МИД моментально откликнулись в «прозападном» экспертном обществе и однозначно осудили Залкалиани.
«Нельзя Грузии участвовать в формате "3+3" (что нам подкинул Залкалиани) и вот почему: несмотря на то, что мнение о создании такого формата официально после второй карабахской войны озвучила Турция, всем (в том числе в Анкаре) хорошо известно, что это идея Кремля по созданию в регионе антизападной коалиции (лидером которой, естественно, будет он сам). А для Грузии это ничего хорошего, кроме узаконивания отклонения от прозападного курса, не принесет», – пояснил в своем комментарии в соцсети Facebook аналитик Фонда стратегических и международных исследований Грузии Зураб Батиашвили.
На эти и другие осуждающие заявления моментально отреагировал МИД Грузии, который пояснил, что слова его руководителя «неправильно истолковали». «К сожалению, в социальных сетях распространяется неправильная интерпретация интервью министра иностранных дел Грузии Общественному вещателю. Внешнеполитическое ведомство не раз заявляло, что не рассматривает участие в так называемом формате "3+3" вместе с Россией. Несмотря на это, умышленно распространяется информация о том, что якобы министр подтвердил участие Грузии в указанном формате», – процитировали российские СМИ перевод заявления департамента стратегических коммуникаций МИД Грузии.
Одновременно на правительственном уровне в Тбилиси активно продвигается идея сотрудничества трех закавказских республик, которую, выступая в парламенте Грузии нового, 10-го созыва озвучила президент Саломе Зурабишвили. Она облекла ее в формат «Кавказской платформы». Аналогичную «мирную инициативу соседства» выдвинул премьер-министр Грузии Ираклий Гарибашвили на 76-й сессии Генассамблеи ООН в Нью-Йорке, назвав ее целью «обеспечение мира и стабильности в Черноморском регионе». Он выразил готовность принять в Тбилиси международную встречу с целью обсуждения перспектив новой добрососедской инициативы в надежде, что вместе с закавказскими республиками к ней подключатся и «международные партнеры». При этом Гарибашвили не забыл осудить Россию за «оккупацию грузинских территорий» и подтвердил стремление Грузии стать членом ЕС и НАТО. Судя по тональности грузинского лидера, места России в этом формате в Тбилиси сегодня не видят.
Еще раз об инициативе сотрудничества Грузия–Армения–Азербайджан премьер Гарибашвили заявил после своего недавнего визита в Ереван, выделив ключевую роль Грузии и напомнив, что именно при посредничестве Тбилиси Баку вернул Еревану военнопленных, а Армения взамен передала Азербайджану карты минных полей.
По мнению грузинского эксперта Заала Анджапаридзе, глава МИД Грузии сделал «дипломатичное заявление» относительно формата «3+3» с оглядкой на прозападную часть общества, но обвинений избежать тем не менее не смог. «Я думаю, Залкалиани сказал это в несколько ином ключе, что Грузия не может оставаться вне региональных геополитических форматов, и, несмотря на присутствие в них России, она должна в какой-то форме быть вовлеченной в их работу. Он облек это заявление в такую дипломатичную форму, не сказав однозначного «нет», но и не исключив участия в той или иной форме. Как вы знаете, вначале МИД, а потом парламентский комитет по евроинтеграции моментально дезавуировали это заявление, потому что оно рассматривается с оглядкой на нашу прозападную оппозицию, прозападную часть политического истеблишмента, неправительственных организаций и экспертных кругов. Чтобы они потом не встали в штыки и не начали обвинять власть в отходе от прозападного курса и повороте в сторону России», – заявил З. Анджапаридзе корреспонденту «Ритма Евразии».
Что касается формата «3+3», аналитик пояснил, что пока он существует на уровне идеи и еще не обрел «плоть и кровь», а на фоне периодически обостряющихся отношений между вероятными участниками этого формата заранее что-либо предсказать трудно.
«Идеи витают в воздухе, но из-за того, что наблюдаются противоречия между потенциальными участниками, не только между Грузией и Россией, но и между Арменией и Азербайджаном, между Ираном и Азербайджаном, пока что-либо предсказать трудно. Этот формат нужен для того, чтобы не допустить военных действий. Этот формат может стать площадкой для сотрудничества, переговоров, чтобы отношения между странами региона легли в мирное русло. Приоритет отдается экономическому, гуманитарному компонентам. То есть это обычная накатанная практика, когда через экономические связи удается трансформировать конфликт», – подчеркнул З. Анджапаридзе.
По его словам, Грузия находится в очень щекотливом положении. Ее активно обхаживает Турция, пытаясь склонить к участию в формате в какой-либо форме. С другой стороны, Грузия как единственный стратегический союзник Запада в регионе не может прямо подключиться к этому формату, так как это будет расценено как предательство интересов Запада, пояснил эксперт. «Совершенно ясно, что Запад пока никак в новом формате не присутствует. Но с другой стороны, если Грузия попытается полностью отгородиться из-за того, что она является союзником Запада, который в этом формате не участвует, то риски для нашего государства, естественно, возрастут. Военные, политические, экономические. Так что Грузия сегодня находится как бы между двух огней», – заметил аналитик.
Что касается «формата трех», идеи Саломе Зурабишвили и Ираклия Гарибашвили, она, по мнению грузинского эксперта, альтернативой формату «3+3» стать не сможет, так как этот последний – формат другой нагрузки и другого масштаба.
По информации армянского эксперта Гранта Микаеляна, в Ереване отношение к новой инициативе «3+3» достаточно противоречиво. «Власти избегают высказываний относительно возможности участия в этом формате. Скорее всего, если такая платформа будет создана, то Армения не будет единственной страной, выступающей против. Не очень активно обсуждается этот вопрос и на экспертном уровне, но отношение к платформе «3+3» скорее негативное, чем положительное. И дело не только в том, что в рамках этой платформы исключается участие Запада, Китая и других внешних игроков. Дело еще и в том, что эта инициатива была выдвинута Турцией еще двадцать лет назад и продвигается на протяжении уже длительного времени», – отметил Г. Микаелян.
С определенной долей скептицизма относятся в Армении и к возможности решения в рамках формата «3+3» всех конфликтных вопросов. «С точки зрения всех конфликтных вопросов в рамках платформы у Армении будет два противника и три страны, настроенных нейтрально, но больше подверженных турецкому и азербайджанскому лоббизму. Сама Армения будет малым игроком и не сможет продвигать собственную повестку дня», – пояснил Г. Микаелян.
Он не исключает, что партнерские страны ведут переговоры с властями Армении в надежде склонить их к участию в формате «3+3», но поясняет, что переговоры в последнее время стали непубличными. «Скорее всего, консультации по этому поводу уже стали частью общей повестки переговоров с лидерами других государств, особенно учитывая, что эти контакты становятся все более частыми как на публичном уровне с Россией, Грузией и Ираном, так и непублично – с Турцией и Азербайджаном», – предположил Г. Микаелян.
В том, что у нового формата есть перспективы, уверены в Азербайджане. Как отметил в беседе с «Ритмом Евразии» азербайджанский эксперт Ильгар Велизаде, официальный Баку с самого начала поддержал эту идею. Но для ее реализации необходимо участие всех партнеров.
«Азербайджан видит в этом формате обязательных партнеров – Армению и Грузию, потому что иначе смысл теряется. Поэтому взаимодействие всех трех закавказских государств является условием для реализации этой платформы. Сейчас, как я понимаю, вопрос обсуждается на армяно-грузинском треке: Гарибашвили посетил Ереван, до этого Пашинян ездил с визитом в Тбилиси. С другой стороны, и Азербайджан, и Турция пытаются мягко продвигать этот формат на грузинском направлении», – отметил И. Велизаде.
По его словам, хотят Грузия или Армения того или нет, они косвенно уже в какой-то мере участвуют в подобном формате. «Опосредованно они уже участвуют в подобном формате. Например, по территории Грузии грузы проходят из России в Турцию и обратно, по территории же Грузии доставляются грузы из Армении в Россию и из России в Армению. Есть еще совместный проект по прокладке линии электропередач Россия–Грузия–Армения–Иран, он рассматривается на уровне соответствующих ведомств. То есть речь не идет о какой-то чисто заформатированной платформе, где действуют жесткие условия и требования. И тем более речь не идет об интеграционном формате. Скорее, здесь речь идет о создании диалоговой площадки, поскольку диалог идет, но пока опосредованно. Грузия, несмотря на отсутствие дипломатических отношений с Россией, имеет с ней неплохой товарооборот, и до пандемии российские туристы активно посещали Грузию. А если формат будет реализован, то эти связи обретут более организованный характер, будут обсуждаться новые возможности», – пояснил И. Велизаде.
Он также подчеркнул, что формат «3+3» не предусматривает встреч лидеров всех шести государств на одной платформе. «Вопрос встреч в формате лидеров сейчас даже не обсуждается», – отметил аналитик.
В Азербайджане уверены, что у нового формата есть перспективы. Идею «3+3» продолжают активно продвигать Турция и Россия. Но в последнее время на фоне обострения отношений между Азербайджаном и Ираном под вопросом оказалось участие в этом формате Тегерана. Не говоря уже об охваченных внутренними противоречиями и желающих видеть в новом региональном «объединении» представителей Запада Армении и Грузии. Тем более что и в отношениях между Арменией и Азербайджаном и после окончания второй карабахской войны периодически возникают новые локальные очаги напряженности. На этом фоне перспектива реализации «давней мечты» Эрдогана остается пока на уровне идеи.
Читайте нас в: Яндекс.Дзен и Telegram