![](upl/news_image/orig/cv/c9/1m/u9/cvc91mu9t4nk.jpg)
Ситуация со снабжением сахаром отраслей пищевой промышленности и рядовых потребителей в странах ЕАЭС снова усложнилась. Особенно в России, где в ряде городов ко второй половине марта с. г. сахарный песок буквально сметен со стеллажей и прилавков. Ускорилось, как следствие, удорожание кондитерских изделий.
Первые тревожные симптомы появились еще в январе, когда стало сокращаться снабжение этим сырьем предприятий-переработчиков, а населения – готовым сахаром. Соответственно, ЕЭК пришлось ввести беспошлинную квоту на ввоз тростникового сырца. А в марте и вовсе введен запрет на экспорт сахара из РФ.
Сложившаяся ситуация показывает, что межгосударственное регулирование рынка сахара в ЕАЭС, как и реализация балансов спроса-предложения по этому продукту, остаются проблемными. Имеются признаки фактического повторения ситуации первого полугодия 2021 года, когда едва не возник массовый дефицит сахара почти по всему ЕАЭС.
Пожалуй, первичным фактором усугубления проблем в этой сфере стало то, что резкое падение курса рубля в конце февраля с. г. привело к невыгодности для сахаропроизводителей низких рублевых цен на их продукцию. В результате ассоциация «Русбренд» направила 15 марта письмо в Федеральную антимонопольную службу (ФАС), где было сообщено, что некоторые сахарные заводы стали предлагать производителям продовольствия делать закупки по ценам в долларах США. Причем заводы предлагают также производить расчёты «в рублях по курсу валюты, который актуален на дату отгрузки продукции». То есть по текущему – сверхвыгодному – курсу для многих крупных товаропроизводителей, и не только сахара.
Такая ценовая политика заводов наверняка обусловлена и тем, что РФ с 15 марта 2022 г. ввела запрет на поставки свекловичного и тростникового сахара за пределы Евразийского союза по 31 августа с. г. включительно. А доля стран вне ЕАЭС в объеме экспорта российского сахара составляет как минимум 60%. Причем эти поставки осуществляются на 80-85% сугубо по мировым и инвалютным ценам. Для крупных производителей это намного выгоднее, чем поставки на внутренний рынок или в страны ЕАЭС, осуществляемые зачастую не по мировым расценкам и не всегда в инвалюте.
Чтобы как-то сбалансировать сахарный рынок Союза, правительством России и Евразийской экономической комиссией в конце декабря 2021 г. были утверждены квоты на беспошлинный ввоз тростникового сырца в 2022-м: для РФ они составляют 300 тыс. тонн, для Казахстана, Белоруссии, Армении и Киргизстана – соответственно 250, 90, 60 и 70 тыс. тонн.
Означенную ситуацию предопределил также сложившийся баланс «сахарного» спроса-предложения по Евразийскому союзу: по данным «Агроинвестора» и ряда других профильных источников, общее производство свекловичного сахара в ЕАЭС в сельхозсезоне 2021/22 (июль предыдущего года - середина июня текущего года) оценивается в 6,1 млн тонн, что на 265 тыс. тонн больше уровня прошлого сезона. Но потребление составит не меньше 6,75 млн тонн, что значительно выше сезона 2020/21. Таким образом, для обеспечения потребностей рынка сахара в ЕАЭС в текущем сезоне нужно импортировать до 600-620 тыс. тонн.
Вдобавок белорусская сторона проинформировала в середине ноября 2021 г., что в связи с сокращением объема выработки свекловичного сахара до 500 тыс. тонн сахарные заводы страны временно перестают (или сократят) экспортировать сахар в страны ЕАЭС. В связи с чем возник вопрос о стабильном сахароснабжении Калининградской области, что до этого обеспечивалось в основном «Белгоспищепромом».
Между тем на ситуации с сахаром сказывается и характер товаропроводящей системы, по крайней мере в России. Как отмечает Вадим Ерыженский, замдиректора госкомпании «Продимекс» – одного из крупных производителей сахара в РФ, «компания в настоящее время (середина марта с.г. – А.Ш.) продаёт сахар на треть больше в сравнении с традиционными объемами». Но «часть сахара сейчас скупают спекулянты», который, разумеется, ими придерживается «и продаётся дороже».
По данным эксперта, эта компания уже получает беспошлинный тростниковый сырец из Бразилии: пока – 45 тыс. тонн. Это сырье «планируем вскоре доставить на переработку в Воронежскую область», а при необходимости «будем ещё закупать сахар-сырец». То же сырье в большем объеме начинают перерабатывать другие профильные компании.
В этой связи возникает вопрос: почему до сих пор не отлажена в ЕАЭС система именно прямых взаимопоставок готового сахара-сырца и свекловичного? Резонно в этой связи предположить, что «посредническая», то есть наценочная, сеть сохраняется в странах Союза по взаимопоставкам и других товаров? Эти вопросы не единожды обсуждались в ЕЭК, но, скорее всего, чётких решений пока не выработано. Или эти решения просто-напросто не соблюдаются.
Что же касается льготной квоты по импорту сырца, то минимум половина этой квоты будет восполнена бразильскими поставщиками: по информации Института конъюнктуры аграрных рынков (РФ), уже согласованы поставки из Бразилии в 88 тыс. тонн (в порт Новороссийска) в течение марта.
Но почему-то пока не задействованы возможности поставок сырца по льготным расценкам или частично по бартеру («товар на товар») с Кубы – страны-наблюдателя в ЕАЭС, хотя эта тема предварительно обсуждалась в 2021 году. Дело в том, что бразильские поставки (Бразилия – среди крупнейших производителей сырца и продуктов его переработки) в основном осуществляются по мировым ценам и в долларах США. Поэтому – с учетом текущей валютно-курсовой динамики рубля – даже при низких мировых ценах на сырец рост поставок из Бразилии чреват дальнейшим удорожанием сахара, вырабатываемого из тростникового сырья.
В полной мере не задействованы, по крайней мере к настоящему времени, возможности льготных поставок сырца из Вьетнама, состоящего в зоне свободной торговли с ЕАЭС (основной регион вьетнамского сырца и готового сахара – территория бывшей южновьетнамской республики, то есть почти 60% её территории). А также из Таиланда, хотя вскоре планируется завершить переговоры о такой же зоне Таиланда с Союзом. Доля же этой страны в объеме общемирового экспорта сырца – не ниже 8%.
Активировать эти возможности тем более актуально, что все эти страны, во-первых, не подключились к антироссийским санкциям Запада, а во-вторых, вполне возможна торговля с ними (во всяком случае, частично) в национальных валютах.
Словом, без оперативного решения вышеупомянутых вопросов едва ли устранимы периодические «эксцессы» на сахарном рынке, равно как и на других товарных рынках России и в целом ЕАЭС.
Читайте нас в: Яндекс.Дзен и Telegram