![](upl/news_image/orig/r0/ys/2i/25/r0ys2i25tfgy.jpg)
В Казахстане прошёл республиканский референдум о поправках в Конституцию страны. По итогам, озвученным ЦИК РК 7 июня, референдум признан состоявшимся, явка избирателей составила 68,05%, или почти 8 млн человек из 11,7 млн имевших право участвовать в голосовании. За поправки проголосовали 77,18%, или 6,15 млн, против – 18,66%, или 1,5 млн человек. Наиболее высокую явку показала Туркестанская область – 80%, а вот Алма-Ата в очередной раз подтвердила репутацию самого протестного города: явка здесь составила всего около 33%, а за поправки проголосовало 65% из пришедших – опять же самый низкий результат по стране.
Ни проведение референдума, ни его итоговые результаты не вызвали замечаний и нареканий как у казахстанских, так и у международных наблюдателей и мониторинговых миссий СНГ, ОДКБ, ШОС, СВМДА и других международных организаций. Миссия же БДИПЧ/ОБСЕ обнаружила ряд «недочётов» в проведении голосования, но, несмотря на это, в опубликованном заявлении официального представителя ЕС сообщается, что Евросоюз принимает к сведению итоги проведённого референдума и считает, что народ Казахстана поддержал важные конституционные поправки, направленные на укрепление демократии в стране.
Список тех самых «важных конституционных поправок» оказался не так уж и короток – 55 поправок в 33 статьи, однако в агитационный период акцент делался лишь на наиболее значительных, которые подавались как полноценная реформа политической системы Казахстана.
…И деелбасизация всей страны
Привлекшими едва ли не наибольшее внимание стали, безусловно, пункты, которые формально завершали деконструкцию «назарбаевской вертикали» власти. Первый президент Казахстана, который ранее в этом году уже лишился/добровольно отказался (нужное подчеркнуть) от полномочий председателя Совета безопасности Казахстана, теперь будет также лишён особого статуса и большинства привилегий, которыми наделяла его прежняя Конституция. В том числе и титула «Елбасы» («Лидер нации»). Кстати, местные телеканалы запечатлели самого Нурсултана Назарбаева на одном из избирательных участков Астаны, где первый президент внёс свою лепту в общенациональную избирательную явку. Как именно проголосовал Нурсултан Абишевич – за или против поправок, неизвестно, но уже само его присутствие и участие стали громким сигналом лояльности и поддержки осуществляемых изменений.
Внесённые поправки также делают гораздо менее вероятным появление в будущем в Казахстане второго елбасы. Теперь один человек не может быть президентом более двух раз подряд, а его родственники не имеют права занимать должности политических госслужащих и руководителей субъектов квазигосударственного сектора. Кроме того, президент на период своего пребывания в должности не будет иметь права состоять в какой-либо политической партии.
Вышеперечисленные поправки в текущем контексте являются определяющими чертами Нового Казахстана или Второй республики – такие громкие термины были привнесены во внутренний политический дискурс. Но, помимо них, есть и другие (в теории – важные) изменения, главное из которых, пожалуй, – восстановление Конституционного суда.
Стоит напомнить, что на заре независимости КС был серьёзным противовесом только входившему во вкус власти Нурсултану Назарбаеву. По иронии судьбы ликвидация этого органа конституционного контроля в 1995 году и принятие новой Конституции тоже были воплощены решением республиканского референдума и фактически на долгие годы поставили крест на классическом демократическом балансе ветвей власти и развитии политических институтов в стране.
В теории восстановление Конституционного суда даёт возможность для предупреждения нарушений конституционных прав граждан и исправления уже существующих нарушений (так, к примеру, в Казахстане закон о языках уже много лет противоречит Основному закону страны, но власти спокойно с этим мирятся). Однако, как это будет работать на практике, пока до конца непонятно. Кстати, об этом же в своём обращении по итогам референдума заявил и Касым-Жомарт Токаев, отметив, что «необходимо внедрить механизм оперативного реагирования на его (Конституционного суда. – И.Н.) постановления, чтобы граждане ощутили пользу от деятельности данного очень важного института».
Изменения в Судебном совете, механизмах перераспределения полномочий от президента к парламенту, процедуре избрания акимов областей и городов республиканского значения, системе парламентских выборов – на бумаге всё это рисует несомненно позитивные изменения, однако, как в реальности они повлияют на становление Нового Казахстана, пока ответить невозможно.
Народу – земля, государству – право собственности?
Ещё одной громкой поправкой, которая должна была убедить рядового казахстанца прийти на участок для голосования, стала поправка к 3-му пункту 6-й статьи Конституции. Раньше этот пункт гласил, что земля, её недра и прочие природные ресурсы принадлежат государству, теперь же формулировка несколько поменялась, и слово «государство» было заменено на «народ». Правда, следом была добавлена дополнительная формулировка, гласящая, что от имени народа право собственности на всё вышеперечисленное осуществляет государство.
В чём практическое отличие одного варианта от другого и как отличается собственник от того, кто осуществляет право собственности, пока, видимо, ещё непонятно, но это не помешало президенту Токаеву заявить о необходимости «пересмотреть законодательство, которое способствовало концентрации экономических ресурсов страны в руках узкой группы лиц и предоставило им излишние преференции».
Деолигархизация Казахстана – это тот пункт, по которому в обществе царит практически полный консенсус, что при необходимости даёт Токаеву и его команде карт-бланш на зачистку нелояльных промышленно-финансовых групп и отъём их активов. В роли бульдозера, по-видимому, будет выступать Народная партия Казахстана (бывшая Коммунистическая), председателем которой недавно был избран Ермухамет Ертысбаев.
Вряд ли определение «иронично» позволит в полной мере отразить тот факт, что человек, давно и долго носивший прозвище Назарбаевский Соловей теперь говорит, что «ключевой задачей, стоящей перед казахстанцами после референдума, является законодательная и практическая реализация принятой нормы Конституции. Нужна немедленная передача всех государственных компаний, в первую очередь фонда "Самрук-Казына", из рук чиновников в собственность народа».
Впрочем, это не самая удивительная метаморфоза в истории казахстанского политикума. Важнее то, что Ертысбаев анонсировал публичную разработку Народной партией закона о реализации новой конституционной нормы. По его мнению, такой закон позволит каждому казахстанцу получать доходы от народной собственности, то есть дивиденды от государственных компаний, что для рядового обывателя звучит явно заманчиво. Но всё-таки ключевой смысл несёт пояснение Ертысбаева, что новый закон «должен предусмотреть механизм пересмотра итогов несправедливой приватизации и возврат активов из рук олигархов в общенародную собственность», что как раз и даст К.-Ж. Токаеву дополнительный инструмент давления на своих оппонентов из старой элиты.
В целом референдум о поправках в Конституцию официально подвёл черту под периодом двоевластия (который по факту закончился ещё в январе) на казахстанском политическом Олимпе. Дополнительный заряд внутренней легитимности в виде общенационального вотума доверия должен позволить президенту Токаеву крепче и увереннее рулить казахстанской лодкой в бушующем море геополитических штормов и экономических бурь. А вот получится ли у Второй республики поплыть действительно новым курсом – увидим уже очень скоро.
Читайте нас в: Яндекс.Дзен и Telegram