![](upl/news_image/orig/iv/2l/dp/2d/iv2ldp2dbvdy.jpg)
Этот корабль не стал знаменитым. Сейчас он известен лишь историкам – и то лишь потому, что им одно время командовал Александр Колчак. Между тем судьба миноносца «Сердитый» заслуживает обстоятельной научной монографии или даже увлекательного приключенческого романа. Этот маленький кораблик нанёс серьёзный урон императорскому японскому флоту, но сам японцам в качестве трофея не достался – сумел выскользнуть из обречённого Порт-Артура. Хотелось бы в статье отдать долг памяти «Сердитому» и его отважному экипажу.
Один из семьи «соколов»
«Сердитый» изначально назывался «Бекасом». Он был создан по образу прототипа – миноносца «Сокол», сконструированного в 1895 году по заказу российского флота на верфи известного английского кораблестроителя Альфреда Ярроу. «Сокол» оказался своеобразным полигоном для отработки передовых технических решений. С целью получения оговоренной контрактом скорости в 30 узлов (высочайшей по тем временам!) его корпус был выполнен с очень большим удлинением (10:1). Причём корпус «Сокола» изготовили из никелевой стали толщиной не более 5 мм (в результате палубный настил прогибался даже под весом человека!), а надстройки – из сплава алюминия. Энергетическая установка состояла из двух вертикальных паровых машин тройного расширения и восьми водотрубных котлов треугольного типа фирмы «Ярроу».
«Сокол» стал образцом для ещё 26 таких же кораблей, изготовленных на российских заводах до 1902 года. «Бекас» изначально создавался для Тихоокеанского флота – его изготовили на Невском заводе в Петербурге, а потом в разобранном виде (благо скромные габариты – 258 тонн водоизмещения, 57,9 метра длины и 5,6 метра ширины – вполне это позволяли) перевезли в Порт-Артур. Там миноносец собрали, спустили 3 ноября 1901 года на воду, и он вошёл в состав порт-артурской эскадры. В ту пору военно-морской прогресс двигался семимильными шагами, и вскоре «Бекас» (в 1902-м его переименовали в «Сердитого») устарел. В Порт-Артур стали поступать более современные миноносцы, превосходившие «Сердитого» по водоизмещению и вооружению. Поэтому его «сослали» во второй миноносный отряд, предназначенный для охраны входа в Порт-Артур и сопровождения тралящих судов.
Начало войны с японцами «Сердитый» встретил под началом лейтенанта Валериана Кузьмина-Короваева. Как известно, боевые действия стартовали в ночь на 9 февраля (27 января по старому стилю) с внезапной атаки японских миноносцев на русскую эскадру, стоявшую на внешнем рейде Порт-Артура. Японские торпеды нанесли тяжёлые повреждения броненосцам «Цесаревич», «Ретвизан» и крейсеру «Паллада». Это не помешало на следующий день остальным кораблям эскадры вступить в бой с японским флотом, приблизившимся к Порт-Артуру. Бой в основном свёлся к артиллерийской дуэли крупных кораблей, а миноносцы, в том числе «Сердитый», активного участия в нём не принимали. Тем не менее это оказалось первое в его судьбе сражение.
Потянулись будни военной службы: «Сердитый» выходил с эскадрой в море, нёс тральную и патрульную службу, участвовал в отражении атак японских брандеров, пытавшихся «закупорить» вход в порт-артурскую гавань. Вскоре Кузьмина-Короваева перевели на однотипное судно «Стройный», а командование «Сердитым» поручили лейтенанту Евгению Клюпфелю. Однако он тоже на корабле не задержался, и «Сердитый» обрёл очередного командира – им стал лейтенант Александр Васильевич Колчак. К этому моменту его уже сопровождала слава отважного полярного исследователя, участника двух тяжелейших экспедиций на арктические Новосибирские острова.
Участвуя в «минной войне»
Колчак мечтал о дерзких операциях и громких подвигах. Он разработал план по отправке вспомогательного крейсера «Ангара» в рейд по маршрутам японского торгового судоходства и сам планировал принять в нём участие. Увы, чрезмерно осторожный адмирал Вильгельм Витгефт идею отверг, хотя в Порт-Артуре от громоздкой и слабо вооружённой «Ангары» мало было толку… Назначение же на устаревший «Сердитый» Колчак воспринял, как удар судьбы, ибо этому кораблю не «светило» участие в дальних операциях, лишь патрульная рутина. Однако, как мы вскоре увидим, и в этой должности Колчак нашёл способ нанести урон неприятелю.
14 мая «Сердитый» и его командир приняли участие в успешнейшей операции российского флота за ту войну. «Сердитый» вышел в море для сопровождения минного заградителя «Амур», осуществившего постановку на традиционном маршруте японской эскадры. «Сердитый» и другой миноносец «Скорый» осуществили траление на пути «Амура», чтобы уберечь его самого от возможных японских мин и дать ему возможность выполнить свою задачу. Та вылазка закончилась гибелью эскадренных броненосцев «Хацусэ» и «Ясима», а Колчак получил ценный опыт, которым вскоре воспользовался.
В окрестностях Порт-Артура разразилась минная война. Неприятель, разъяренный потерей двух мощных кораблей, буквально усеял воды в окрестностях русской базы своими минами, так что постоянно приходилось заниматься их обезвреживанием. «Сердитый» принимал активное участие в тральной работе, вновь и вновь выходя в море. Потом появилась идея привлечь миноносцы к работе противоположного типа – к минным постановкам на пути неприятеля. Это было вызвано тем, что «Амур» налетел на мель и был поставлен на ремонт. Однако минные постановки – работа чрезвычайно опасная, и не все командиры миноносцев выразили желание в них участвовать. Колчак оказался в числе желающих, и его «Сердитый» оборудовали необходимыми устройствами.
Такого рода операции всегда проводились миноносцами в одиночестве и ночью, чтобы не привлечь внимания неприятеля. В августе-сентябре 1904-го «Сердитый» выполнил три таких постановки. Тяжёлые условия службы на маленьком кораблике привели к тому, что Колчак заболел – подхватил тяжёлый ревматизм и воспаление лёгких, на месяц выведшие его из строя. Но ум его был ясен и воля тверда. «После того как был июльский неудачный бой и прорыв во Владивосток и началась систематическая планомерная осада крепости, центр тяжести всей борьбы перенёсся на сухопутный фронт», – вспоминал Александр Васильевич в январе 1920 года, незадолго перед расстрелом. Колчак попросился на сушу, и его просьба была удовлетворена – ему поручили командование одной из батарей, включенных в структуру обороны Порт-Артура.
Вышел из войны на громком аккорде
Итак, Колчак ушёл, а вскоре после этого «Сердитый» оказался в переделке. 11 ноября более крупный эсминец «Бдительный» вёл бывшего в тот момент без паров «Сердитого» на буксире из бухты Белый Волк в Порт-Артур. Уже на внешнем рейде «Бдительный» подорвался на японской мине, причем два его кормовых отделения заполнились водой. Подоспевшие миноносцы «Статный» и «Смелый» оттащили и «Бдительного», и «Сердитого» в гавань. Повреждения, полученные «Бдительным», оказались столь серьёзны, что в море он уже не выходил…
То были самые тяжёлые дни порт-артурской осады. Смертельный удар крепость получила, когда японцы, невзирая на стойкое сопротивление защитников и огромные потери, сумели захватить гору Высокая. На её вершине они установили крупнокалиберную артиллерию, с помощью которой потопили все крупные корабли, ещё остававшиеся в Порт-Артуре. Этой участи избег только эскадренный броненосец «Севастополь». Его командир Николай Оттович Эссен с согласия начальства вывел свой корабль на внешний рейд, а затем в бухту Белый Волк и начал готовиться к прорыву из обречённой крепости. «Севастополь» сопровождали несколько уцелевших русских миноносцев, в том числе и «Сердитый».
Японцы обрушили на русский отряд атаки миноносцев – волну за волной. Несколько первых атак Эссен отбил, и тогда враг направил на него аж девять миноносных отрядов – всего 23 корабля. Укрытые противоторпедными сетями, русские яростно отстреливались. «Сердитый» сумел поразить торпедой японский миноносец № 42 – и тот пошёл ко дну. Но добились успеха и японцы – одна из вражеских торпед угодила в корму броненосца, нанеся ему тяжелейшие повреждения и сделав прорыв невозможным. Однако Эссен продолжал использовать корабль в качестве плавучей батареи, поддерживая огнем своих 305-мм орудий русскую пехоту, державшую фронт в районе Ляотешаня. Последнюю боевую стрельбу «Севастополь» провел перед самой сдачей крепости. Затем броненосец с помощью буксира отвели в море и затопили на глубокой воде, чтобы он не достался неприятелю.
«Сердитый» этой участи избег. Сменивший Колчака лейтенант Степан Дмитриев оказался человеком не менее отважным – он не собирался сдавать судно японцам. «Сердитый» и другие уцелевшие миноносцы «Статный», «Скорый», «Властный», «Бойкий» и «Смелый», а также несколько более мелких судов в ночь на 2 января 1905 года (до сдачи Порт-Артура оставалось несколько часов) пошли на прорыв. Все они сумели добраться до нейтральных китайских портов, где им в соответствии с международным законодательством пришлось интернироваться до конца войны. В итоге «Сердитый» вынужден был около года простоять в Чифу. Дмитриев за успешный прорыв получил золотое оружие с надписью: «За храбрость».
На момент прорыва моряки «Сердитого» ещё не знали о катастрофе, постигшей японский флот несколькими неделями ранее, в ночь с 12-го на 13 ноября. В ту ночь бронепалубный крейсер «Такасаго», находившийся в тридцати семи милях южнее Порт-Артура, налетел на мину и вскоре затонул, унося с собой 280 человек экипажа. После гибели «Хацусэ» и «Ясимы» гибель «Такасаго» стала крупнейшей потерей японцев на море. Причём есть большая доля вероятности, что фатальной для этого корабля стала встреча с минной банкой, выставленной Колчаком на «Сердитом» ещё в августе!
…«Сердитому» оказалась суждена долгая жизнь. Он пошёл на переплавку лишь летом 1923 года во Владивостоке. Миноносец на три с лишним года пережил самого знаменитого из своих командиров…
Читайте нас в Яндекс.Дзен и Telegram