![](upl/news_image/orig/ib/m6/45/2e/ibm6452e3029.jpeg)
Президент России на прошлой неделе посетил две азиатские страны – Северную Корею и Вьетнам. И если поездка во Вьетнам, страну, отличающуюся, пожалуй, самой расширенной многовекторностью в Азии, не принес сенсаций и был призван скорее продемонстрировать Западу влияние России в регионе, то визит в КНДР стал историческим.
Стоит отметить, что Владимир Путин и северокорейский лидер Ким Чен Ын регулярно поддерживают контакты, в том числе очные – так, Ким приезжал в Россию в прошлом году. А вот Путин в КНДР не был с лета 2000 года – тогда это была одной из первых его зарубежных поездок в должности.
К слову, тогда это также воспринималось, как некий прорыв и начало восстановления отношений, изрядно порушенных в 90-е, когда тогдашнее российское руководство предпочитало дружить только с Западом и сторонилось прежних союзников. Однако в 2006 году, когда КНДР объявила себя ядерной державой, против нее были введены санкции Совбеза ООН, поддержанные Россией и Китаем, так что перезагрузки отношений не получилось.
Конечно, это не означало, что дружественным отношениям между нашими странами пришел конец, но санкции были слишком суровы (вплоть до отказа нанимать северокорейских рабочих и поставлять в страну что-либо, кроме необходимого для выживания), и это делало дружбу между нами скорее символической.
Тем не менее в 2014-м наступила новая геополитическая реальность (в 2023 году глава МИД РФ Сергей Лавров так и скажет, что санкции против КНДР принимались в иной реальности), и на этом фоне Россия и Китай начали пересматривать свое отношение к ограничениям, наложенным на КНДР, и явочным порядком их обходить.
С началом СВО с Запада начинают поступать обвинения в том, что Россия использует северокорейские снаряды и, возможно, передает ей некие технологии, возможно даже ракетно-ядерные. Все это время многие эксперты говорили о том, что нет ничего зазорного в том, чтобы действительно делать то, в чем нас обвиняют, тем более что продолжать соблюдать ограничения, наложенные Западом, в то время как Россия сама находится под жесточайшими санкциями, глупо и нелогично.
И вот когда стало известно о первом за почти четверть века визите российского Президента в Пхеньян, в воздухе начали витать ожидания чего-то прорывного. И они не обманули.
Еще накануне поездки В. Путин одобрил составленный российским МИД проект договора о стратегическом партнерстве между РФ и КНДР, а уже в Пхеньяне заявил о «фундаментальном документе, который ляжет в основу наших отношений на длительную перспективу». Этот документ – Договор о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве между КНДР и Российской Федерацией, и это не просто громкие слова.
В самом начале документа говорится о том, что он призван «защищать международную справедливость от гегемонистских устремлений и попыток навязывания однополярного миропорядка, установить многополярную международную систему, основанную на верховенстве международного права в международных отношениях», и что страны, подписавшие его, стремятся к «установлению глобальной стратегической стабильности и нового справедливого и равноправного международного порядка».
Ключевой пункт: в случае возникновения вооружённой агрессии против одного из государств помощь должна быть оказана немедленно. Помогать в борьбе с врагом стороны должны всеми имеющимися в распоряжении средствами в соответствии со статьей 51 Устава ООН и согласно законодательству КНДР и Российской Федерации.
На всякий случай напомню, что в российской ядерной доктрине четко сказано, что РФ может применить ЯО в ответ на применение такого оружия против нее и против её союзников. Таким образом, американцы должны понимать, что гипотетическая война с КНДР может обернуться войной с Россией.
В договоре говорится о том, что стороны создают механизмы по проведению совместных мероприятий в целях укрепления обороноспособности в интересах предотвращения войны и обеспечения регионального и международного мира и безопасности. То есть речь идет не только о создании совместных военных механизмов, но и о восстановлении полноценного военно-технического сотрудничества, невзирая на санкции.
Касательно санкций. Если в отношении одной из сторон вводятся односторонние принудительные меры любой третьей стороной, стороны предпринимают усилия для устранения воздействия таких мер на взаимные экономические связи, физических или юридических лиц или их собственность, находящуюся в юрисдикции сторон, товары, работы, услуги. По сути, не отказываясь от исполнений обязательств в рамках Совбеза ООН, мы создаем платформу для легального обхода ограничений.
В то же время, по словам В. Путина, Россия и Северная Корея будут вместе бороться с санкциями. «Мы готовы к тесному взаимодействию, чтобы сделать международные отношения более демократичными и стабильными. Для этого будем развивать альтернативные, неподконтрольные Западу механизмы торговли и взаимных расчетов, совместно противостоять нелегитимным односторонним ограничениям. И одновременно – выстраивать архитектуру равной и неделимой безопасности в Евразии», – написал российский лидер в статье для северокорейской прессы накануне визита.
К слову, Россия еще весной наложила вето на продление полномочий комиссии по наблюдению за соблюдением санкционного режима ООН, что обнуляет сам смысл санкций против КНДР и создает основу для их отмены.
Но главное все же не это. «Российская Федерация не исключает для себя военно-технического сотрудничества с Корейской Народно-Демократической Республикой в соответствии с подписанным сегодня документом», – заявил В. Путин журналистам после встречи с Кимом. А это означает, во-первых, легализацию поставок корейских боеприпасов, что в условиях СВО будет очень кстати. Ведь КНДР десятилетиями готовилась к войне с южанами и накопила огромные запасы снарядов подходящего нам калибра, так почему бы не взять их, что позволит разгрузить собственные мощности?
Надо понимать, что сегодня северокорейский ВПК способен производить практически любые виды вооружений, включая ядерные. Кроме того, предприятия КНДР находятся в тесной кооперации с иранским ВПК, что позволяет производить много высокотехнологичных вооружений за короткое время, а нам открыто и легально получать иранскую технику.
А, во-вторых, да, передача технологий КНДР, в том числе ракетно-ядерных. Не обязательно это произойдет, но такая возможность существует, и это четкий сигнал США, которые в последнее время начали развертывать установки, позволяющие запускать ракеты средней и меньшей дальности в Юго-Восточной Азии: пока на Филиппинах, на очереди, очевидно, Япония и Южная Корея.
Повторю, не обязательно передавать ядерные технологии, важно обозначить такую возможность. Но для начала Пхеньяну вполне пригодятся технологии гиперзвука, истребители пятого поколения и поколения 4++, баллистические ракеты для подводных лодок и шахтного базирования. Этого уже достаточно, чтобы отрезвить некоторые горячие головы.
Ведь американцы долгие годы не решались напасть на КНДР, понимая, что у Пхеньяна есть ракеты, способные долететь до их территории или как минимум уничтожить их базы в регионе. А что если у КНДР будет ракета, способная накрыть сразу все западное побережье США? Я уж не говорю об обязательствах России помогать Северной Корее отразить агрессию, согласно новому договору.
Кстати, обязательства эти взаимные, так что в случае войны России и НАТО западному блоку придется столкнуться с двумя ядерными странами. И да, СВО, конечно, официально не война, но теперь нет никаких ограничений на привлечение северокорейских добровольцев. Стесняться, учитывая, что на стороне Киева воюет целый интернационал наемников, тут нечего, тем более что в нашем случае это будут даже не наемники – северокорейцы готовы воевать за идею, ведь для них это война не с Украиной, даже не с украинским фашизмом, а с американским империализмом.
Так или иначе, пока все же речь идет о предупреждениях Западу, которые должны быть услышаны. Западные СМИ стараются сохранять сдержанный тон, хотя видно, что им это трудно.
«Визит Владимира Путина в Северную Корею и подписание договора о сотрудничестве стали сигналом, что в условиях нарастающей конфронтации с США и их союзниками Россия готова бросить вызов интересам Запада как никогда раньше», – сообщает Associated Press.
«Путин пришел в Азию, чтобы дестабилизировать ситуацию, и ему это удалось. Его поддержка Северной Кореи и заключение сделки с Вьетнамом привели к появлению новых потенциальных угроз в регионе, и без того напряженном из-за Тайваня и столкновений в Южно-Китайском море», – пишет The New York Times.
А вот американские сенаторы Ричард Блюменталь и Линдси Грэм своих эмоций не скрывали, потрясая перед журналистами совместной фотографией Путина и Кима и убеждая, что это – основание для внесения России в список государств-спонсоров терроризма.
То, что сигнал на Западе услышан, можно не сомневаться. Вопрос в том, как он будет реагировать. Напомню, после знаменитой мюнхенской речи Путина все тот же Линдси Грэм заявил, что «своей единственной речью он сделал больше для объединения США и Европы, чем мы сами смогли бы сделать за десятилетие».
Вот и сейчас слышны похожие заявления. «Визит Путина в КНДР подчеркнул для НАТО важность отношений с Азией» – так вояж российского президента прокомментировал генсек НАТО Йенс Столтенберг. То есть вместо того, чтобы снижать напряженность, они собираются ее усиливать.
Увы, Запад предупреждения понимает ровно наоборот и в ответ начинает интенсифицировать усилия по противостоянию с Россией. И это не может не вызывать тревогу.
Читайте нас в Яндекс.Дзен и Telegram
___________________________
Фото: http://www.kremlin.ru/