В последние два года Финляндия стремительно «прибалтизируется», то есть с рвением перенимает у стран Балтии их самые отъявленнные антироссийские и русофобские практики. В частности, Суоми тоже начала на своей территории гонения на русскоязычные учебные заведения. Конечно, в этом государстве не живёт так много русских, как в Латвии или Эстонии, но они там тоже есть. Кроме того, некоторые финны всерьёз увлекаются русским языком и культурой. До недавнего времени у них была возможность получать русскоязычное образование, но недавно пошла негласная тенденция к закрытию русских школ, как «вражеских».
Подозрительная школа
Год назад стало известно о намерении властей города Турку расформировать финско-русский языковой класс в местной школе «Пуолала». Соответственно, в нынешнем учебном году этого класса уже не существует. «Нас, родителей, учеников и учителей, просто проигнорировали. Кажется, что город составил этот план наспех и спустя рукава», – возмущается Ольга Рантанен, мать одного из первоклассников, обучающихся в школе «Пуолала». По её словам, она испытала настоящий шок, узнав о ликвидации русскоязычного класса. «В это трудно поверить, настоящее потрясение», – жалуется женщина.
Власти Турку обосновывают решение по закрытию класса небольшим количеством учеников и трудностью в поисках квалифицированных преподавателей. Родители же считают, что чиновники пошли на этот шаг по политическим мотивам. И для такого опасения есть все основания. Мэр Турку Минна Арве ранее добилась закрытия местного консульства РФ, а потом взялась и за русских учеников.
В прошлом году стал известен и план закрытия двуязычной Школы Восточной Финляндии (ШВФ), специализирующейся на русском языке и культуре. Подразделения этой школы, открытой в 1997 году, действовали в городах Лаппеэнранта, Иматра и Йоэнсуу; ШВФ предлагала полный цикл довузовского образования от дошкольного обучения до старших классов. На некоторое время тема закрытия этой школы затихла, но минувшим летом её вновь поднял таблоид Iltalehti. Издание сообщило, что план ликвидации учебного заведения всецело связан с его спецификой – власти решили, что детям, проживающим в Суоми, русский язык и культура не нужны. Характерно, что, по словам директора ШВФ Катри Анттилы, финноговорящие дети составляют большую часть учеников школы – свыше 60%. Но чиновники полагают, что этих детей стоило бы перевести в другие учебные заведения.
Источники-анонимы из МИД и МВД сообщили Iltalehti, что продолжение существования «русской школы» представляет «потенциальную угрозу национальной безопасности Финляндии». Мол, если в стране будет существовать ярко выраженная русская община, РФ может объявить, что та сталкивается с дискриминацией и на этом основании попытаться вмешаться во внутренние дела Суоми.
«Мы не можем допустить ситуации, когда у одной национальности, то есть у русских, фактически есть своя школа в Финляндии. Такая среда уязвима для попыток распространения пророссийской пропаганды», – заявил один из анонимов. А второй подчеркнул, что «в российском государстве есть руководящие принципы о том, что граждане РФ находятся на службе своей родине, где бы они ни проживали». Поэтому, мол, к проживающим в Суоми российским гражданам нужно относиться, как к заведомому подрывному элементу.
В январе 2024-го чиновники всех трёх городов, где существуют филиалы ШВФ, предложили своим городским советам прекратить деятельность школы. К настоящему моменту Лаппеэнранта и Йоэнсуу односторонним образом расторгли договор, по которому ШВФ арендует здания на их территории. В Иматре же решили объединить местный филиал ШВФ с городской общеобразовательной школой.
Катри Анттила обвиняет городские администрации в намеренном срыве работы школы и в русофобии. «Да, ненависть к России и русскому языку существует. Возможно, это одна из причин желать закрытия школы, хотя они и не говорят об этом вслух», – считает директор школы. Собственно, финские чиновники в разговоре с Iltalehti не отрицали русофобских мотивов, но подчеркнули, что не могут публично обнародовать все аргументы против ШВФ, поскольку опасаются, что российские государственные СМИ ухватятся за них и преподнесут их как доказательства русофобии в Финляндии. В свою очередь, сотрудники ШВФ наотрез отказываются от общения с российской прессой – поскольку, по их словам, это может только ухудшить их положение.
Так «агенты» или не «агенты»?
Публикация Iltalehti вызвала у многих родителей фрустрацию. «Один папа прямо спросил – моего девятилетнего сына Калле теперь считают российским агентом или как это все можно ещё истолковать?» – с горечью говорит К. Анттила. «По постам в соцсетях было видно эту обиду родителей: дескать, школа прекрасная, а какие-то непонятные люди пытаются повернуть всё так, будто мы подозрительный элемент и через нас может действовать российская пропаганда. Посмотрите на школу, на учебную программу, посмотрите на учителей – там нет ничего даже близко лежащего рядом с российской пропагандой ни в каком месте», – оправдывается Глеб Яровой, один из родителей.
Ему вторит и директор Анттила: «У людей могло из статьи сложиться впечатление, будто мы какая-то "русская" школа. Мы постоянно подчеркиваем – мы не русская школа, мы финская интернациональная школа, в которой преподавание ведётся на финском и где изучают русский, потому что крайне важно, чтобы дети учили и другие языки, помимо английского». По мнению же Ярового, подобные высказывания со стороны СМИ – это индикатор настроений в обществе. «Не могу сказать, что статья заставила меня почувствовать гражданином второго сорта, но она напомнила о том, в какую сторону меняется в целом атмосфера в обществе. Существуют если и не второсортные в прямом смысле этого слова люди и заодно их дети, но, скажем так, подозрительные», – говорит он.
«Пожар» вызванный статьей Iltalehti, поручили «тушить» государственному изданию Yle. Там обратились за комментарием в Полицию безопасности (SuPo), откуда лицемерно ответили, что не считают ШВФ угрозой национальной безопасности. «Полиция безопасности не делала таких утверждений. У городов есть свои причины для закрытия школ» – гласит отписка из SuPo, полученная журналистами по электронной почте. Впрочем, как подчеркнули в SuPo, «Россия действительно представляет собой самую большую угрозу Финляндии – угрозу, с которой органы безопасности постоянно борются». В то же время в SuPo рекомендуют «не преувеличивать в общественных дискуссиях возможности российского влияния».
Тем не менее, как считает директор ШВФ К. Анттила, публикация в Iltalehti нанесла школе серьёзный репутационный урон. «Понятно, что у Iltalehti свои цели – нужно повышать тираж, продавать газеты. Хорошо, конечно, что SuPo опровергло заявления газетчиков, но вред этот материал уже успел нанести. Каждый раз в интернет-поисковиках будет всплывать эта статья, когда люди будут искать информацию о нашей школе», – сетует Анттила. А Антеро Латту, региональный политик и председатель правления ШВФ, в попытках спасти школу договорился до того, что их учебное заведение, мол, представляет «потенциальную угрозу для Кремля». И объяснил: «Нынешнее кремлёвское правительство может посчитать угрозой то, что в свободной стране ученики ШВФ учатся, как жить в демократическом обществе. Политика Кремля – это политика изоляции россиян».
Дабы доказать, что ШВФ, дескать, не представляет никакой опасности для финского государства, А. Латту вновь и вновь твердит, что они лояльные граждане Финляндии. Ну а если, мол, раньше и были в их работе какие-нибудь недостатки, так руководство школы готово меняться в соответствии с веяниями времени.
Некоторые родители детей, обучающихся в ШВФ, обратились как в полицию, так и в Совет публичного слова (JSN, финский надзорный орган над журналистикой) с просьбой начать в отношении Iltalehti «расследование по поводу вмешательства в частную жизнь». В настоящее время представители парламента и муниципальных властей Лаппеэнранты, Иматра и Йоэнсуу в один голос твердят, что не получали от органов безопасности никаких предупреждений об «угрозе» со стороны ШВФ.
Вообще, цинизм этой ситуации зашкаливающий: и в SuPo, и муниципалитетах на публику говорят, что школа «не представляет опасности», но от её закрытия отказываться никто не собирается – просто используют более «благопристойный» повод.
Редкие голоса трезвомыслия
К слову сказать, в остальных регионах Финляндии обучение русскому языку в начальных школах также сократилось. Антироссийская пропаганда сделала своё дело, и число желающих изучать «язык врага» в финских школах сократилось до критически малых величин. Ученики и их родители мыслят вполне рационально: с одной стороны, всякое сотрудничество и взаимодействие с россиянами прервалось, похоже, очень надолго, а с другой – кому охота, чтобы в тебе заподозрили «агента Москвы»? А именно так сейчас дразнят тех немногих юных финнов, кто от изучения русского не отказался.
Прервалось и былое взаимодействие между Финляндией и Россией в образовательной сфере – студенты обеих стран не могут ездить больше изучать язык соседа, сотрудничество университетов заморожено. Впрочем, справедливости ради надо отметить, что в последнее время те финны, кто дальновидней, начали выражать тревогу: Суоми так яростно отгораживается от всего русского, что скоро банально потеряет возможность понимать эту культуру и язык. А такое, мол, никуда не годится: ведь огромный восточный сосед никуда не исчезнет, он всегда будет под боком и финнам надо понимать, что творится в России.
Тревогу на сей счёт выразили, в частности, министр иностранных дел Элина Валтонен и бывший посол Финляндии в РФ Микко Хаутала. «Для нас такой глубокий фундамент экспертизы в России в ближайшие годы будет изнашиваться, потому что новых людей (владеющих русским языком. – Авт.) будет меньше, – оценивает ситуацию Хаутала. – Я не думаю, что можно понимать Россию или быть серьёзным экспертом по ней, не зная этого языка». Глава МИД добавляет, что стране необходимо достаточное количество людей, свободно разговаривающих по-русски. «Понятно, что нам нужно следить и понимать, что происходит в России. Это предполагает знание русского языка», – подчеркивает Валтонен.
Об этом же говорит и новый посол Финляндии в России Марья Лиивала, приступившая к работе 1 сентября. «В своё время я пришла учиться на факультет политологии Хельсинкского университета и выбрала русский и японский языки в качестве факультативных, потому что оба считались редкими и трудными. И тогда я заметила, что изучение политической истории вместе с русским языком – это отличное сочетание, и я могу рекомендовать его и сегодня. Наш сосед не сменится, поэтому русский язык в Финляндии по-прежнему будет востребован», – советует Лиивала финским студентам. По её словам, нужно уметь на русском языке рассказывать россиянам о преимуществе «финского образа жизни», чтобы те обзавидовались и захотели жить, как Финляндии.
Тем не менее большинство обычных финнов откровенно не понимают русскоязычных соседей, желающих выучить своих детей на родном языке. И когда те им говорят о том, что Суоми нуждается в людях, знающих русский – хотя бы из-за наличия огромной России под боком! – финны на полном серьёзе отвечают: «А почему не наоборот? Почему жители России так плохо владеют английским?» Финны пишут в комментариях, что «Россия слабеет» и «в недалеком будущем русский язык станет такой же диковиной, как северокорейский». Раздаются призывы заменить русский язык в учебных заведениях украинским.
Впрочем, справедливости ради следует упомянуть, что иногда звучат и трезвые замечания: «Через десять-двадцать лет ситуация в мире будет совсем другой, и потребуются специалисты по русскому языку. Русский язык никуда не исчезнет».
Читайте нас в Яндекс.Дзен и Telegram
____________________
Рис.: А. Горбаруков