В конце прошлого года произошло крушение самолета Embraer 190 азербайджанской государственной авиакомпании Azerbaijan Airlines (AZAL), который летел из Баку в Грозный. Это случилось в Актау (Казахстан) после того, как судно не смогло сесть в столице Чечни. На борту упавшего самолета находилось 67 граждан России, Азербайджана, Киргизии и Казахстана, выжили 29 человек.
Президент Азербайджана Ильхам Алиев заявил, что самолет был поврежден с земли. В свою очередь, президент России Владимир Путин, позвонив 28 декабря в Баку, сообщил своему коллеге, что в то время, когда лайнер пытался совершить посадку, на Кавказе отражали атаку украинских БПЛА. Российский президент принес извинения Алиеву в связи с тем, что «трагический инцидент произошел в воздушном пространстве России».
Первоначально близкое к администрации президента Азербайджана информационное агентство Haqqin написало, что самолёт был сбит украинским беспилотником. Однако через некоторое время слово «украинским» исчезло из текста соответствующего информационного сообщения. Тем не менее тон сообщений в целом оставался сдержанно-нейтральным.
Однако уже на следующий день бакинские массмедиа, политики и эксперты, словно по команде, принялись обвинять в крушении самолёта Россию. При этом вопрос о том, каким образом уже через 15-20 минут после происшествия на проправительственном бакинском сайте могло появиться недвусмысленное указание на причастность к нему Украины, как бы остался «за кадром».
А что явилось своеобразной дирижерской палочкой для столь согласованного хора обвинителей? Тут ответ очевиден: 29 декабря президент Алиев дал интервью, в котором неоднократно повторил свои обвинения в адрес российской стороны. А если, не дожидаясь окончания расследования, выводы сделал глава государства, явно решили иные политики, эксперты и СМИ, то чего же нам сдерживаться?
В данном контексте аналитики уже обращают внимание на тот факт, что Азербайджан является важным участником переговоров относительно гипотетических схем поставок в Европу природного газа через территорию бывшей Украинской ССР после окончания 31 декабря контракта с «Газпромом». Соответственно, ухудшение российско-азербайджанских отношений отвечает интересам части местных элит, ориентированных на противников продолжения поставок российского газа в Европу через газотранспортную систему Украины и «Турецкий поток».
Кроме того, Азербайджан все активнее становится инструментом, посредством которого Турция и маячащий за ней Запад гнут свою линию в Закавказье, причем как на армянском, так и на грузинском направлениях. В начале декабря, сразу же после визита главы британской разведки MI-6 Ричарда Мура в Баку, ТГ-канал иранского КСИР отметил, что армия Азербайджана стала готовиться к нападению на Сюник в Армении.
Грузия для Закавказья не менее важная, чем Армения, территория, через которую проходят транскаспийские и черноморские маршруты. Она является естественным коридором связности региона, поэтому контроль над ней стоит достаточно дорого. Видимо, неслучайно одновременно с попытками дестабилизации Грузии изнутри (руками прозападной пятой колоны и прочих иноагентов) активность на этом направлении стала демонстрировать и Турция, азербайджанские прокси которой принялись скупать газотранспортную систему Грузии.
В этом контексте, а также с учетом недавних резких заявлений И. Алиева многие СМИ уже задаются вопросом: для чего президент Азербайджана, внезапно и резко обрушившийся на Россию с задающими новый формат отношений обвинениями, предвосхищает таким образом результаты ещё не завершённого расследования? Тем более что до этих заявлений Алиева и Москва, и Баку демонстрировали нормальный, уважительный формат отношений. Трагедию лайнера AZAL никто не замалчивал. Наоборот, Россия выразила официальные соболезнования и безотлагательно приступила к расследованию в рамках возбуждённого в день трагедии уголовного дела.
При этом общеизвестно, что российскими следователями изначально было налажено сотрудничество с азербайджанскими и казахстанскими коллегами. Все трезвомыслящие люди убеждены: пока не будет завершено расследование, бросаться обвинениями в сторону России не дело. А если кто так поступает, тот руководствуется отнюдь не чувством справедливости, а просто политиканствует.
Тем более известно и то, что после катастрофы AZAL Алиеву звонил глава киевского режима Зеленский. При этом ни Киев, ни Баку даже не обмолвились о факторе украинских БПЛА, из-за которых азербайджанский самолет так и не смог приземлиться в столице Чечни и, вероятно, во время атаки ВСУ был воспринят как цель. Спецслужбы Азербайджана, похоже, знают ответ на этот вопрос. Многое указывает на тщательную подготовку теракта, в чём немало поднаторели украинские ГУР и СБУ.
О политиканстве автор говорит не сгоряча. Режиму Алиева надо продавать нефть в ЕС, и это будет сложно делать в дальнейшем, если бы он сейчас не избрал тот формат отношений с Россией, который публично продемонстрировал в интервью 29 декабря сам И. Алиев. Несомненно, траурный контекст скажется на том, как Москва отреагирует на его интервью. Вместе с тем никто не выиграет, если заданный официальным Баку формат межгосударственных отношений станет нормой.
Обращаясь в этом же контексте к непосредственным обстоятельствам трагедии самолета авиакомпании AZAL, исследователи уже отмечают, что деструктивное воздействие на его навигационную систему могло быть осуществлено с помощью стаи украинских БПЛА, оснащённых системами локальной радиоэлектронной борьбы. «Ослеплённый» самолёт вполне мог потерять маршрут и даже более того – его могли с помощью этой технологии умело подставить под огонь противовоздушной обороны.
Маршрут воздушного судна был известен, так что повод возопить на весь мир про «злых русских», поразивших-де гражданский самолёт, оказался более чем подходящим. Увы, этим поводом воспользовались не только киевские сидельцы (что от них ждать иного?), но и те, кто менее пяти месяцев назад демонстрировал радушие, принимая в Баку президента России.
